65137055 





Бард Топ
Фестивально-концертный портал

Волков Михаил

Инфо E-mail Фото Пресса Тексты и Аудио Дискография Библиография Обратно

"БардЮга-97" Воспоминания  Михаил Волков  "Вести" приложение "Magazine"  25-06-01



Бардюга 97

Организатор из меня никакой. Я трезво оцениваю свои способности в этой области и никогда не пытался организовывать ничего более масштабного, чем пьянка на три человека, да и то не всегда удачно, ибо сознавал при этом, что занимаюсь не своим делом. Поэтому любая инициатива по организации, например, слета или фестиваля порождает у меня уважение смешанное с жалостью к тому, кто осмелился взяться за невыполнимое. А уж если он действительно что-то сумел сделать, чувство, которое я к нему начинаю испытывать, иначе как благоговейным ужасом не назовешь. В данном случае я имею в виду Леню Ваксмана, отдавая при этом должное всем, кто ему помогал.

Впрочем, если те, кто дочитал до этого места, решили, что я теперь буду лишь раздавать цветы направо и налево - они ошибаются. Известно ведь, что чем меньше критик разбирается в критикуемом предмете, тем хуже предмету. Так, например, закрытые поутру туалеты в парке, скорее всего, были призваны стимулировать изучение йоги участниками фестиваля. Я же, по причине своего невежества, проявил непонимание истинной подоплеки этой акции и даже выразил недовольство ею, лазая по кустам.

На фестиваль я был приглашен целенаправленно - сидеть в жюри. Я, честно говоря, весьма скептически отношусь к этому занятию и считаю, что лучшего способа нажить врагов не существует. Хотя и отдаю себе отчет, что без предварительного прослушивания концерт может получится еще хуже, чем самодеятельный. Вообще, член жюри отличается от нормального человека тем, что он имеет право свое субъективное мнение официально навязывать другим. А все потому, что объективного способа оценки художественного произведения не существует. Зато существует огромное количество графо- и грифоманов, которые ссылаются на предыдущий постулат, когда называют свои произведения художественными. Пора уже, наконец, придумать что-нибудь надежное и неоспоримое. Как в спорте - с секундомером ведь не поспоришь. Например, кто быстрее всех споет песню, или, скажем, больше раз гитару выжмет. Есть варианты.

Я несколько опоздал и подошел к столику жюри, когда прослушивание шло уже минут пятнадцать. Мои коллеги Леня Ваксман и Миша Сипер работали в поте лица, каковой был немедленно смыт подоспевшим дождем. Дождь был достаточно мокрый, что, впрочем, не сильно помешало большинству участников участвовать. Хотя один из них, например, заявил, что его гитара стоит больше, чем весь этот фестиваль, и выступать не стал. В принципе, я его понимаю, особенно, когда гляжу на свою гитару, вышедшую из мастерской Антонио Пикадо, которую я в лес вообще никогда не беру, независимо от дождя. А пометки мы делали на какой-то специальной неразмокающей рентгеновской бумаге, которую притащил Ваксман, и на которой можно было писать прямо по воде. С нами в жюри должен был быть еще Игорь Бяльский. Он не смог приехать, зато в виде компенсации прислал бутылку коньяку, которая нам помогла выстоять (точнее, высидеть) это дежурство. Я вот сейчас думаю, что если бы и мы трое прислали вместо себя по бутылке, получилось бы самое привлекательное жюри за всю историю конкурсов АП. И самое справедливое. А вообще работа эта непростая, хотя кому-то может показаться иначе. Как известно, авторская песня состоит из трех компонентов: текст, музыка и «особая доверительная интонация» (далее ОДИ). Нашей задачей было на первом этапе отсеять песни, в которых на долю ОДИ приходилось более 70% художественной мощности, и, соответственно, на текст и музыку оставалось менее 30%. Потом из тех, кто прошел этот барьер, мы субъективно выбирали лауреатов и предвзято распределяли места. Во всяком случае, такого мнения придерживались некоторые не прошедших отбор или занявшие не те места участники, видимо, наиболее горячие поклонники ОДИ.

Концерт был длинный. Когда я, наконец, вернулся к палатке, мой девятилетний сын, сердитый на меня за то, что я забросил семью и надолго застрял у сцены, обозвал нас «жюрье». Слово это привело меня в восторг, и я поспешил сообщить Сиперу с Ваксманом, кем мы теперь являемся. Sic transit Gloria mundi, что в переводе означает: только мудак ездит в Глорию транзитом.

Михаил Волков   Июнь 2001